Переход в Новую Эру Водолея 2012 - 2020 год :: Эзотерика и Непознанное :: Космос и Вселенная :: Мониторинг Окружающей Среды

Баран-непомнящий

Автор Svetlena - 17 сентября, 2012  |  Просмотров: 549

“Домашние бараны с незапамятных времен живут в порабощении у человека; их настоящие родоначальники неизвестны.” - Брэм

Были ли когда-нибудь домашние бараны “вольными” - история об этом умалчивает. В самой глубокой древности патриархи уже обладали стадами прирученных баранов, и затем, через все века, баран проходит распространенным по всему лицу земли в качестве животного, как бы нарочито на потребу человека созданного. Человек, в свою очередь, создает целые особые породы баранов, почти не имеющие между собою ничего общего. Одних воспитывают для мяса, других - для сала, третьих - ради теплых овчин, четвертых - ради обильной и мягкой волны.

Сами домашние бараны, конечно, всего меньше о вольном прародителе своем помнят, а просто знают себя принадлежащими к той породе, в которой застал их момент рождения. Этот момент составляет исходную точку личной бараньей истории, но даже и он постепенно тускнеет, по мере вступления барана в зрелый возраст. Так что истинно мудрым называется только тот баран, который ничего не помнит и не сознает, кроме травы, сена и месятки, предлагаемых ему в пищу.

Однако грех да беда на кого не живет. Спал однажды некоторый баран и увидел сон. Должно быть, не одну месятку во сне видел, потому что проснулся тревожный и долго глазами чего-то искал.

Стал он припоминать, что такое случилось; но, хоть убей, ничего вспомнить не мог. Даль какая-то, серебряным светом подернутая, и больше ничего. Только смутное ощущение этой бесформенной серебряной дали и осталось в нем, но никакого определенного очертания, ни одного живого образа…

- Овца! а, овца! что я такое во сне видел? - спросил он лежащую рядом овцу, которая, яко воистину овца, отроду снов не видала.

- Спи, выдумщик! - сердито отвечала овца, - не для того тебя из-за моря привезли, чтоб сны видеть да модника из себя представлять!

Баран был породистый английский меринос. Помещик Иван Созонтыч Растаковский шальные деньги за него заплатил и великие на него надежды возлагал. Но, конечно, не для того он его из-за моря вывез, чтоб от него поколение умных баранов пошло, а для того, чтоб он создал для своего хозяина стадо тонкорунных овец.

И в первое время по приезде его на место баран действительно зарекомендовал себя с самой лучшей стороны. Ни о чем он не рассуждал, ничем не интересовался, даже не понимал, куда и зачем его привезли, а просто-напросто жил да поживал. Что же касается до вопроса о том, что такое баран и какие его права и обязанности, то баран не только никаких пропаганд по этому предмету не распространял, но едва ли даже подозревал, что подобные вопросы могут бараньи головы волновать. Но это-то именно и помогало ему выполнять баранье дело настолько пунктуально и добросовестно, что Иван Созонтыч и сам нарадоваться на него не мог, и соседей любоваться водил: “Смотрите!”

И вдруг этот сон… Что это был за сон, баран решительно не мог сообразить. Он чувствовал только, что в существование его вторглось нечто необычное, какая-то тревога, тоска. И хлев у него, по-видимому, тот же, и корм тот же, и то же стадо овец, предоставленное ему для усовершенствования, а ему ни до чего как будто бы дела нет. Бродит он по хлеву, как потерянный, и только и дела блеет:

- Что такое я во сне видел? растолкуйте мне, что такое я видел?

Но овцы не выказывали ни малейшего сочувствия к его тревогам и даже не без ядовитости называли его умником и филозофом, что, как известно, на овечьем языке имеет значение худшее, нежели “моветон”.

С тех пор, как он начал сны видеть, овцы с горечью вспоминали о простом, шлёнской породы, баране, который перед тем четыре года сряду ими помыкал, но под конец, за выслугу лет, был определен на кухню и там без вести пропал (видели только, как его из кухни на блюде, с триумфом, в господский дом пронесли). То-то был настоящий служилый баран! Никогда никаких снов он не видел, никаких тревог не ощущал, а делал свое дело по точному разуму бараньего устава - и больше ничего знать не хотел. И что же! его, старого и испытанного слугу, уволили, а на его место определили какого-то празднолюбца, мечтателя, который с утра до вечера неведомо о чем блеет, а они, овцы, между тем ходят яловы!

- Совсем нас этот аглецкой олух не совершенствует! - жаловались овцы овчару Никите, - как бы нам за него, за фофана, перед Иваном Созонтычем в ответе не быть?

- Успокойтесь, милые! - обнадежил их Никита, - завтра мы его выстрижем, а потом крапивой высечем - шелковый будет!

Однако расчеты Никиты не оправдались. Барана выстригли, высекли, а он в ту же ночь опять сон увидел.

С этих пор сны не покидали его. Не успеет он ноги под себя подогнуть, как дрема уже сторожит его, не разбирая, день или ночь на дворе.

И как только он закроет глаза, то весь словно преобразится, и лицо у него словно не баранье сделается, а серьезное, строгое, как у старого, благомысленного мужичка из тех, что в старинные годы “министрами” называли. Так что всякий, кто ни пройдет мимо, непременно скажет: “Не на скотном дворе этому барану место - ему бы бурмистром следовало быть!”

Тем не менее, сколько он ни подстерегал себя, чтобы восстановить в памяти только что виденный сон, усилия его по-прежнему оставались напрасными.

Он помнил, что во сне перед ним проходили живые образы и, даже целые картины, созерцание которых приводило его в восторженное состояние; но как только бодрственное состояние возвращалось, и образы и картины исчезали неведомо куда, и он опять становился заурядным бараном. Вся разница заключалась лишь в том, что прежде он бодро шел навстречу своему бараньему делу, а теперь ходил ошеломленный, чего-то сдуру искал, а чего именно - сам себе объяснить не мог… Баран, да еще меланхолик - что, кроме ножа, может ожидать его в будущем?!

Но, кроме перспективы ножа, положение барана и само по себе было мучительно. Нет боли горшей, нежели та, которую приносят за собой бессильные порывания от тьмы к свету встревоженной бессознательности. Пристигнутое внезапной жаждой бесформенных чаяний, бедное, подавленное существо мечется и изнемогает, не умея определить ни характера этих чаяний, ни источника их. Оно чувствует, что сердце его объято пламенем, и не знает, ради чего это пламя зажглось; оно смутно чует, что мир не оканчивается стенами хлева, что за этими стенами открываются светлые, радужные перспективы, и не умеет наметить даже признаки этих перспектив; оно предчувствует свет, простор, свободу - и не может дать ответа на вопрос, что такое свет, простор, свобода…

По мере учащения снов, волнение барана все больше и больше росло. Ниоткуда не видел он ни сочувствия, ни ответа. Овцы с испугу жались друг к другу при его приближении; овчар Никита хотя, по-видимому, и знал нечто, но упорно молчал. Это был умный мужик, который до тонкости проник баранье дело и признавал для баранов только одну обязательную аксиому:

- Коли ты в бараньем сословии уродился, - говорил он солидно, - в ём, значит, и живи!

Но именно этого-то баран и не мог выполнить. Именно “сословие”-то его и мучило, не потому, что ему худо было жить, а потому, что с тех пор, как он стал сны видеть, ему постоянно чуялось какое-то совсем другое “сословие”.

Он не был в состоянии воспроизвести свои сны, но инстинкты его были настолько возбуждены, что, несмотря на неясность внутренней тревоги, поднявшейся в его существе, он уже не мог справиться с нею.

Тем не менее, с течением времени, тревоги его начали утихать, и он как будто даже остепенел. Но успокоение это не было последствием трезвого решения вступить на прежнюю баранью колею, а, напротив, скорее свидетельствовало об общем обессилении бараньего организма. Поэтому и пользы от него не вышло никакой.

Баран, - очевидно, с предвзятым намерением, - с утра до вечера спал, как будто искал обрести во сне те сладостные ощущения, в восстановлении которых отказывала ему бодрственная действительность…

В то же время он с каждым днем все больше и больше чах и хирел, и наконец сделался до того поразительно худ, что глупые овцы, завидев его, начинали чихать и насмешливо между собой перешептываться. И по мере того, как неразгаданный недуг овладевал им, лицо его становилось осмысленнее и осмысленнее. Овчары все до единого жалели о нем. Все знали, что он честный и добрый баран, и что ежели он не оправдал хозяйских надежд, то не по своей вине, а единственно потому, что его постигло какое-то глубокое несчастье, вовсе баранам не свойственное, но в то же время, - как многие инстинктивно догадывались, - делающее ему лично великую честь.

Сам Иван Созонтыч сочувственно относился к страданиям барана. Не раз овчар Никита намекал, что самая лучшая развязка в таком загадочном деле - нож, но Растаковский упорно отклонял это предложение.

- Плакали мои денежки, - говорил он, - но не затем я их платил, чтобы шкурой его воспользоваться. Пускай своей смертью умрет!

И вот вожделенный момент просияния наступил. Над полями мерцала теплая, облитая лунным светом, июньская ночь; тишина стояла кругом непробудная; не только люди притаились, но и вся природа как бы застыла в волшебном оцепенении.

В бараньем загоне все спало. Овцы, понурив головы, дремали около изгороди. Баран лежал одиноко, посередке загона. Вдруг он быстро и тревожно вскочил. Выпрямил ноги, вытянул шею, поднял голову кверху и всем телом дрогнул. В этом выжидающем положении, как бы прислушиваясь и всматриваясь, простоял он несколько минут, и затем сильное, потрясающее блеянье вырвалось из его груди…

Заслышав эти торжественно-агонизирующие звуки, овцы в испуге повскакали с своих мест и шарахнулись в сторону. Сторожевой пес тоже проснулся и с лаем бросился приводить в порядок всполошившееся стадо. Но баран уже не обращал внимания на происшедший переполох: он весь ушел в созерцание.

Перед тускнеющим его взором воочию развернулась сладостная тайна его снов…

Еще минута - и он дрогнул в последний раз. Засим ноги сами собой подогнулись под ним, и он мертвый рухнул на землю.

Иван Созонтыч был очень смертью его огорчен.

- И что за причина такая? - сетовал он вслух, - все был баран как баран, и вдруг словно его осетило… Никита! ты пятьдесят лет в овчарах состоишь, стало быть, должен дурью эту породу знать: скажи, отчего над ним такая беда стряслась?

- Стало быть, “вольного барана” во сне увидел, - ответил Никита, - увидать-то во сне увидал, а сообразить настоящим манером не мог… Вот он сначала затосковал, а со временем и издох. Все равно, как из нашего брата бывает…

Но Иван Созонтыч от дальнейшего объяснения уклонился.

- Сие да послужит нам уроком! - похвалил он Никиту, - в другом месте из этого барана, может быть, козел бы вышел, а по нашему месту такое правило: ежели ты баран, так и оставайся бараном без дальних затей. И хозяину будет хорошо, и тебе хорошо, и государству приятно. И всего у тебя будет довольно: и травы, и сена, и месятки. И овцы к тебе будут ласковы… Так ли, Никита?

- Это так точно, Иван Созонтыч! - отозвался Никита.

http://vseskazki.su/avtorskie-skazki/saltykov-shchedrin-chitat/baran-nepomnyashchij.html


7 комментариев к записи “Баран-непомнящий”

  1. Ещё эту сказку рекомендую к прочтению: http://vseskazki.su/avtorskie-skazki/saltykov-shch...

    Ну, тут много всего. Сама читаю с удовольствием.)))

    Цитировать
  2. Это почти копия рассказа Курта Воннегута “Гаррисон Бержерон”. Все мыслящие люди рассуждают одиноково. Спасибо что напомнили эту старую сказку. И где вывод и мораль? Что делать нам, пробудившимся баранам? Зачахнуть от несбыточной тоски?))))

    Цитировать
  3. Что делать нам, пробудившимся баранам? Зачахнуть от несбыточной тоски?))))

    “- Стало быть, “вольного барана” во сне увидел, - ответил Никита, - увидать-то во сне увидал, а сообразить настоящим манером не мог…”

    Наверное, сообразить настоящим манером… :eem:

    Цитировать
  4. СТАДО

    Мы — стадо, миллионы нас голов.
    Пасёмся дружно мы и дружно блеем,
    И не о чём на свете не жалеем.
    Баранье стадо — наш удел таков…
    В загон нас гонят — мы спешим в загон.
    На выпас гонят — мы спешим на выпас.
    Быть в стаде — основной закон;
    И страшно лишь одно — из стада выпасть.
    Когда приходит время — нас стригут.
    Зачем стригут — нам это непонятно.
    Но всех стригут, куда ж податься тут,
    Хоть процедура — крайне неприятна.
    А пастухам над нами власть дана,
    Сказали, что по воле колдуна.
    Так и живём, не зная тех тиранов,
    Что превратили нас в баранов!
    Мы стадо. Миллионы нас голов.
    Идём, покачивая курдюками.
    Нам не страшны проделки колдунов.
    Бараны мы. Что хочешь, то и делай с нами!

    (А. Некрасов “Эгрегоры”)

    Цитировать
  5. Svetlena

    СТАДО
    Мы — стадо, миллионы нас голов.
    Пасёмся дружно мы и дружно блеем,
    И не о чём на свете не жалеем.

    :nice: :nice: :flower:

    Цитировать
  6. Ёжик, автор неизвестен, а цитата из книги Некрасова. Но всё равно, спасибо за цветочек. ;) :angel:

    Цитировать
  7. “Попытка разрушить одни системы и заменить их другими не принесла счастья человеку. На наших глазах путь под девизом «Мы старый мир разрушим до основания, а затем мы новый мир построим» привёл огромную, богатую страну в тупик. Следовательно, надо искать иную дорогу.
    Сейчас ведущей областью культуры является наука, и ее методы претендуют на истину в последней инстанции. А они, по большей части, рассудочны. Научный метод не единственный, и не главный путь познания Мира. Да, эволюцию Разума нельзя повернуть назад.
    Значит, нужно развивать другие методы, такие как культурный и духовный. Гармоничное взаимодействие этих трёх методов позволит человеку сотворить гармонию в себе и привести в соответствие окружающий Мир. Тогда определится место и роль всех существующих систем.
    Вопрос в самом человеке! Как он относится к себе и к Миру, как он взаимодействует с другими людьми — вот где кроется ответ. Любовь и уважение ко всему окружающему и, в первую очередь, к самому себе — вот путь преобразования человека и Мира!
    Пришло время задуматься о сотворённом (вернее сказать — о натворённом) и начать приводить себя и окружающий Мир в иное, в естественное, в гармоничное состояние, и тогда отпадёт необходимость во многих системах.
    Многие из читателей прожили большую часть жизни в советское время, когда в ходу было следующее определение человека: «простой советский человек». К сожалению, многие до сих пор так и не избавились от этого штампа. Часто можно услышать и такие слова: «Я маленький человек!»
    За этими словами: «простой», «маленький», «обыкновенный» кроется серьёзная проблема, которая мешает людям быть счастливыми и радоваться жизни. Подобным мировоззрением человек отдаёт себя под власть различным системам, а потом сокрушается по поводу несбывшихся желаний.
    Чтобы добиться в этой жизни желаемого, необходимо выйти за рамки маленького, обыкновенного человека, осознать свою индивидуальность и бесконечность своих возможностей, и реализовать их в жизни. Нужно понять, что главный Ваш поработитель — это Ваш собственный рассудок, и что никто не сможет дать Вам свободу, кроме Вас самих.
    В этой книге рассматриваются законы рождения и развития различных структур, во взаимодействии с которыми проходит вся жизнь человека. Знание этих законов, умение взаимодействовать с ними, позволяет выйти из состояния «маленького» человека и на равных строить отношения со всем Миром.
    И сейчас многие структуры стремятся к власти над человеком, стараясь различными средствами угнетать его психику и его самого. А угнетённый человек имеет и угнетённую интуицию. И ему всё труднее строить своё поведение в ладу с Миром. Он начинает совершать негармоничные поступки, неадекватно ведёт себя с Миром и не замечает этого.
    Угнетение может осуществляться различными методами — от самых тонких, незаметных, до грубых, насильственных. Оно может происходить и через слово. Например, в русском языке слова «раб», «работа», «рабочий» — однокоренные, что редко встретишь в других языках. Использование в обиходе этих слов утяжеляет труд, угнетает человека, усложняет его раскрытие, выход на другой уровень взаимоотношений с Миром.
    С помощью различных методов, людей стремятся превратить в толпу, а затем, сформировав необходимый тип коллективной психики, преобразовать толпу в стадо. На эту тему есть стихотворение, которое я прочитал в газете. Знаменательно то, что я не нашёл автора этого стихотворения. Значит оно как бы народное!

    … К счастью, сейчас всё больше и больше людей, осознающих в себе человека, а не барана! Последние десятилетия XX века произвели в головах большинства людей необратимые положительные изменения! Они стали понимать свою значимость и реализовывать её в жизни. Но стадное чувство всё ещё сидит в сознании и особенно глубоко в подсознании. Избавиться от этого достаточно трудно”.

    http://mosbiblio.ru/content/anatolii-nekrasov-egre...

    Цитировать

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы для публикации комментариев. Если Вы не зарегистрированы в сообществе, то это можно сделать тут.

Либо посетите наш форум и оставьте сообщение без регистрации.

Вы можете посмотреть наши интересные категории, если ещё их не посмотрели:
Избранное
Видео о конце света
Календарь майя - никаких тайн
Тайны и мифы
Космос и астрономия

Если забыли, Вы находитесь в статье: Баран-непомнящий